Чем выше субсидии – тем медленнее рост

64

 

 

 

Чем выше субсидии – тем медленнее рост

Экономика страны продолжит медленно двигаться по инерции до тех пор, пока государство не прекратит увеличивать бюджетные расходы

По итогам 8 месяцев 2010 года рост российской экономики стал более сбалансированным: темпы прироста инвестиций и потребления были схожими. По крайней мере, динамика всех ключевых показателей по сравнению с уровнем годичной давности стала положительной: инвестиции увеличились почти на 3 %, розничные продажи – на 4,3 %.

Эти данные более-менее соответствуют официальному значению роста ВВП за первое полугодие 2010 года – 4,2 % относительно первого полугодия года прошлого.

Мы полагаем, что по итогам года эти показатели по-прежнему будут
не сильно отличаться друг от друга.

При этом возможно и некоторое ускорение темпов прироста ВВП (и, соответственно, основных его компонентов при расчете по конечному использованию).

По меньшей мере, рост показателей, определяющих ВВП по конечному использованию, таких, как потребление и инвестиции, в четвертом квартале не должен замедлиться.

Подъем промышленного производства за восемь месяцев 2010 года был достаточно существенным – 9,2 % с уровня годичной дав. Однако за последние месяцы появились признаки того, что рост производства замедляется как в годичном, так и в помесячном выражении, а значит, по итогам года, скорее всего, составит около 7 %. Учитывая влияние аномальных погодных условий, спад производства в сельском хозяйстве мог составить около 9 %, но в следующем году показатель восстановится.

В части предложения рост явно замедляется (в основном это отражается на производстве товаров), но спрос продолжает увеличиваться довольно высокими темпами. Более того, как было сказано ранее, основные составляющие ВВП по методу использования даже продемонстрировали некоторые признаки ускорения роста.

Поскольку между «спросом» и «предложением» в ВВП намечается разрыв, неудивительно, что мы наблюдаем быстрый рост импорта: в начале года он увеличился на 20 % относительно уровня годичной давности, а за последние месяцы составил уже свыше 30 %. Инфляция также начала увеличиваться, тем самым способствуя укреплению рубля в реальном выражении. Отсюда возникают очевидные вопросы.

Что будет в следующем году? Сохранятся ли эти тенденции, устойчива ли экономическая политика, породившая разрыв между производством и внутренним спросом, и если нет, то как и когда она может измениться?

Недавно правительство представило проекты бюджета на 2011 и 2012 годы. Согласно среднесрочному бюджетному плану, госрасходы будут постепенно увеличиваться в номинальном выражении, хотя и умереннее, чем ранее. Напоминаем, что до кризиса они росли где-то на 30 % в год, а в дальнейшем планируется их увеличение менее чем на 10 % в год.

В предкризисные годы российская экономика росла приблизительно на 7 % в год, при этом потребление в госсекторе в среднем увеличивалось гораздо медленнее – на 2 % в год. Однако в номинальном выражении рост потребления в госсекторе опережал экономический рост, а это значит, что неэффективность госсектора была одной из основных причин высокой инфляции. Дефлятор потребления в госсекторе был выше, чем для частного потребления и валовых инвестиций (инвестиций в производственные мощности).

В результате доля потребления госсектора в ВВП в номинальном выражении за почти десять лет оставалась относительно стабильной, хотя в начале этого периода она увеличилась, а в реальном выражении сократилась (рост доли потребления госсектора наблюдался и в прошлом году, так как негосударственный сектор сократился из-за последствий кризиса, но в текущем году потребление госсектора снова сократится). Вклад значительно раздутого потребления госсектора в общий показатель экономического роста был довольно ограниченным.

В предыдущих статьях мы отмечали, что официальные данные о динамике ВВП за 2009 год были не вполне убедительны. По данным Росстата, в 2009 году ВВП сократился на 7,9 %, а потребление домашних хозяйств – на 7,7 %. Последний показатель представляется особенно странным, ввиду того что дефлятор потребления домашних хозяйств за 2009 год (14,2 %) выглядел слишком завышенным. С экономической точки зрения он должен был быть близок к среднему значению ИПЦ за год, то есть около 11,7 %. Это еще больше подкрепляет нашу точку зрения, что объем потребления домашних хозяйств в прошлом году был недооценен (мы уже обращали внимание, что, по официальным данным, розничные продажи сократились на 5,5 %, а потребление услуг населением – на 4,3 %, поэтому общий спад потребления домашних хозяйств должен был быть где-то между этими значениями, то есть около 5 %, но никак не 7,7 %). Если это так, то статистические проблемы, связанные с неверными данными об экономическом росте за прошлый год, еще предстоит устранить. Точно так же пока еще есть проблемы с официальными данными за предыдущие годы, а также и за текущий год.

Несмотря на сохраняющиеся статистические расхождения, ясно одно: государственные расходы за последние 10 лет были неэффективны. Кроме того, стоит отметить, что в первом полугодии 2010 года государственные расходы остались практически на уровне годичной давности (а расходы местных бюджетов также не выросли относительно первого полугодия 2009 года). В то же время темпы роста потребления в госсекторе снизились незначительно – с обычных 2 % до приблизительно 0,7 % во втором квартале 2010 года, при этом рост ВВП был существенным.

Статистика явно свидетельствует о том, что проциклическая политика правительства никогда не оказывала особо благоприятного воздействия на экономику. Напротив, вполне вероятно, что она принесла больше вреда, чем пользы, так как способствовала сохранению высоких темпов инфляции. Такой вывод, безусловно, отнюдь не является большим «откровением» – налицо очевидный факт, что, перераспределяя финансовые ресурсы, правительство просто перекачивает их из наиболее эффективных от раслей в наименее эффективные. Такая политика может лишь тормозить экономический рост. Мы имеем в виду не расходы на социальные нужды, которые необходимо сохранить на приемлемом уровне, – неэффективность политики по большей части обусловлена так называемыми расходами на «национальную экономику», которые в прошлом году составили 16 % расходов федерального бюджета и должны остаться на этом уровне в 2010 году и в последующие годы. В результате рост замедляется на фоне увеличивающегося субсидирования.

Запланированное увеличение государственных расходов в ближайшие годы неприемлемо для бюджета, и рано или поздно правительство будет вынуждено сократить траты. Ситуация может измениться в результате внешнего фактора (например, снижения цены на нефть или оттока капитала в результате утраты доверия к политике российских властей), поскольку в этом случае правительство будет вынуждено думать об экономической эффективности. Очевидно, что, помимо обычных расходов на социальную сферу и оборону, правительству необходимо также поддерживать уровень расходов на инфраструктуру. В то же время расходы на национальную экономику, которые выросли почти в семь раз с 2005 года, в основном идут на различные таинственные проекты с неясными целями (такие, как модернизация экономики через государственные компании). При подобной щедрости неудивительно, что в 2011 году бюджет будет сбалансированным, только если цена нефти останется выше $ 100 за баррель, и это пугающий уровень.

Сокращение расходов в 2012 или 2013 годах, то есть после президентских выборов 2012 года, может стимулировать рост экономики. До тех пор экономика будет медленно двигаться по инерции, хотя в 2011-м рост может составить около 3,5–4,0 %, в то время как инфляция будет на уровне около 8–9 %, и модель роста вряд ли изменится. Ранее мы надеялись, что правительство действительно стремится поддерживать приемлемые темпы роста и может остановить рост расходов. Именно это предполагалось, когда в конце 2009 года принимался проект бюджета на три года. Ожидалось, что благодаря устойчивому снижению инфляции снизится стоимость заемных средств в экономике в целом и будет создана обширная платформа для роста. Пересмотренные бюджетные планы показывают, что эти надежды не оправдались и пока Россия продолжит «топтаться на месте».

Продолжающееся субсидирование будет выгодно ряду секторов. Например, программа денежного поощрения за утилизацию старых автомобилей, стартовавшая в марте, будет поддерживать автомобильную отрасль в 2010 и 2011 годах. Программа, которая стимулирует покупки российских автомобилей с использованием субсидий, – еще одна иллюстрация проциклической политики государства. Промышленное производство начало расти само по себе с февраля 2009 года, и программа «деньги за утилизацию старья» была введена слишком поздно. Государство должно было помочь отрасли не через год после возобновления роста, а намного раньше, как это было сделано за рубежом (в большинстве других стран подобные программы субсидирования уже отменены).

В то же время в целом эффект от подобного субсидирования будет снижаться. Производство автомобилей за 8 месяцев этого года выросло на 88 % с уровня годичной давности, тогда как рост промышленного производства составил всего 9 %. В будущем году продолжающееся субсидирование автомобильной отрасли, возможно, позволит сохранить рост производства на уровне 20–30 %, в то время как в целом промышленное производство увеличится примерно на 3–4 %. Рост будет замедляться в добывающих отраслях, в том числе в нефтяной, поскольку возрастет долговая нагрузка на этот сектор. При сохранении субсидирования рост в обрабатывающей промышленности в ближайшие годы может лишь замедлиться. Динамику производства цемента можно рассматривать как индикатор инвестиционной активности и ситуации в строительстве. Производство цемента стало расти после спада, наблюдавшегося в прошлом году, однако в дальнейшем ожидается более умеренный рост.

При замедлении роста производства товаров и общем спаде в торгуемом секторе в будущем мы можем увидеть улучшение динамики в «неторгуемом» секторе, в том числе в сегменте розничной торговли и потребительских услуг. Это будет еще одной причиной относительно высокого уровня инфляции, поскольку у компаний «неторгуемого» сектора больше возможностей повышать цены.

Инерционный рост экономики России в 2011 году, вероятно, будет сопровождаться умеренным номинальным ослаблением рубля, хотя при этом реальный курс рубля будет расти. Сочетание номинального ослабления и реального укрепления российской валюты не окажет заметного воздействия на экономику страны. Поскольку российская обрабатывающая промышленность все больше интегрируется в мировую экономику и все сильнее зависит от импорта сырья и материалов, снижение курса рубля не будет стимулировать производство в такой же степени, как это было десять лет назад, после кризиса 1998 года. С другой стороны, если рубль будет укрепляться (например, если цены на нефть вырастут сильнее, чем ожидалось), это не будет иметь негативного эффекта для российской обрабатывающей промышленности по той же причине – рост рубля может лишь ограничить внутренний спрос на товары, для производства которых в основном используются импортные компоненты. Экспортеры (в основном нефтегазовые и добывающие компании) будут страдать от усиления налогового бремени. Экономика страны продолжит медленно двигаться по инерции до тех пор, пока государство не прекратит увеличивать бюджетные расходы.

 

Евгений ГАВРИЛЕНКО, Антон СТРУЧЕНЕВСКИЙ