В 2026 году российская экономика переходит от восстановительного роста к структурной перестройке и замедлению. Если в 2023–2024 годах динамика обеспечивалась бюджетными вливаниями и использованием прежних мощностей, то сейчас снижаются темпы в промышленности, инвестициях и строительстве.
Основатель и генеральный директор инвестиционной платформы Lender Invest Дмитрий Исаков рассказал порталу «Риск-менеджмент. Практика» о трёх главных трендах, которые определяют ситуацию.
Ужесточение фискальной политики
Государство консолидирует бюджет после периода высоких расходов, что необходимо для баланса при падении сверхдоходов. В 2026 году усиливается цифровой контроль ФНС. Для бизнеса повышаются НДС и МРОТ. Рост МРОТ увеличивает фонд оплаты труда, повышая себестоимость по всей цепочке. При слабом спросе это снижает маржинальность. Часть компаний уходит в тень, и её доля в ВВП может достичь 25–30%, что создаёт нечестную конкуренцию.
Риски — кассовые разрывы, падение рентабельности в рознице и лёгкой промышленности, стагнация доходов.
Инвестиционная пауза и спад в строительстве
Из-за высоких ставок и сокращения льготной ипотеки активность девелоперов падает. 70–75% сделок с жильём были ипотечными, их удорожание обрушивает продажи. Страдают смежные отрасли — стройматериалы, металлургия, лизинг. Бизнес откладывает проекты до снижения ставки.
Риски — дефицит предложения через 2–3 года, а также «инвестиционная ловушка»: у компаний не будет запаса прочности при старте.
Кадровый голод
Низкая безработица становится ограничителем роста из-за старения населения. Компании конкурируют зарплатами, условиями и автоматизацией, но рост зарплат опережает производительность, разгоняя инфляцию издержек. Растёт спрос на услуги для пожилых.
Риски — стагфляция, а также травматизм и снижение качества из-за запрета на труд частных агентств с 1 сентября 2026 года, что вынуждает искать штатных специалистов при их дефиците.
