Современный мир живет в эпоху беспрецедентных перемен. Глобальная экономика больше не следует привычным паттернам развития – она трансформируется под влиянием множества взаимосвязанных факторов, создавая новую реальность для бизнеса и государств. Эксперты рассказали, какие тренды будут определять развитие глобальной и российской экономики в 2026 году.
Никита Прохоренко, основатель производственно-строительной компании NordBox, консультант в области управления и маркетинга:
– Первый тренд – это скорость. Прежде всего, это касается внедрения инноваций на базе искусственного интеллекта (ИИ). Грамотное использование нейросетей качественно повышает эффективность команды и бизнеса в целом. Но скорость сегодня – это еще и быстрота реакции. Мир меняется так стремительно, что рынки трансформируются за считанные месяцы. Выиграют те, кто научится адаптироваться мгновенно, остальные же безнадежно отстанут. В этих условиях я рекомендую переходить от громоздких годовых стратегий к короткому планированию, оперативному реагированию и максимальному упрощению всех процедур согласования.
Второй тренд – переход к устойчивой и продуманной бизнес‑модели. В условиях нынешней турбулентности, когда привычные каналы трафика могут исчезнуть за одну ночь, а правила игры меняются хаотично, задача компании – обеспечить стабильный денежный поток. Это достижимо двумя путями.
В первом случае через высокую маржинальность, когда жизнедеятельность компании обеспечивают дорогие продажи, точнее, высокая прибыль с каждой сделки. Во втором – посредством рекуррентных платежей: клубная подписка, абонементы в спортзалах, программы в салонах красоты и прочие повторяющиеся транзакции. Например, имея базу из 100 подписчиков с чеком в 5 тысяч рублей, бизнес гарантированно получает 500 тысяч ежемесячно. Модель дает прогнозируемый доход с понятной динамикой прироста аудитории и прозрачным коэффициентом оттока (churn rate).
О достаточном финансовом запасе прочности в кризис можно говорить тогда, когда прибыли от разовой сделки или стабильного потока рекуррентных платежей хватает на полное содержание компании до следующего закрытия. Именно такая стратегия позволяет бизнесу «перезимовать» и дождаться оживления спроса, что жизненно важно для таких капиталоемких сфер, как строительство и недвижимость.
Третий тренд – выбор правильного ценового сегмента. Когда пропасть между богатыми и бедными неминуемо растет, а средний класс фактически исчезает как таковой (в кризис он вообще «скатывается» в эконом), у бизнеса есть два жизнеспособных пути. Первый – верхний эконом (лучшее соотношение цены и качества). Второй – премиум-сегмент, ориентированный на аудиторию, которая ожидаемо богатеет в кризис.
С NordBox, к примеру, мы начинали в сегменте «средний плюс», но уже активно движемся в премиум: на сегодняшний день выстроен качественный сервис, внедрены технологии, отработана клиентоориентированность. Сейчас мы сфокусировались на совершенствовании дизайна интерьеров и увеличении медийности, чтобы создать ту самую силу бренда, которая ценится в среде потребителей люкса.
Мой совет предпринимателям: если вы застряли в «среднем» сегменте, не тяните с выбором вектора. Либо вы идете к состоятельной аудитории, либо работаете на массовый рынок. Оставаться посередине сегодня – смерти подобно: в новой реальности этого сегмента больше не существует.
В отраслях, которые мне ближе всего – недвижимости, строительстве и ИТ, – сейчас наблюдается выжидательная позиция. В условиях высокой ставки люди выбирают «режим накопления», пытаясь компенсировать потерю покупательской способности денег за счет депозитов, то есть хоть как‑то заработать, чтобы не потерять привычный уровень жизни.
В итоге крупные сделки фактически поставлены на паузу. Клиенты хотят покупать, но из‑за текущей неопределенности откладывают решения на месяцы. Мы отчетливо видим: интереса к продукту много, но цикл сделки затянут. Наша ежедневная задача сейчас – доказывать клиентам выгоду вложений именно сегодня, чтобы «разморозить» спрос.
Похожая ситуация и в других секторах: авторынок, например, замер из‑за утильсбора и дорогих кредитов. Любые крупные, но необязательные покупки уходят на второй план. В противовес этому растет спрос на поддержание текущего образа жизни: будут и дальше развиваться сервисы в сфере медицины, транспорта, общепита.
Медицинский сектор вообще остается одним из самых устойчивых сегодня. Хронический стресс и невозможность планировать крупные траты заставляют людей фокусироваться на себе: организм начинает «сигналить», что приводит к росту обращений за обследованиями и лечением. Как ни цинично это звучит, но еда, медицина и ритуальные услуги исторически «тянут» экономику в любые кризисные времена.
Общая картина экономики сегодня – замедление. Многие предприниматели приостанавливают запланированные проекты, часть и вовсе прямо закрывается. Это неизбежно приведет к сокращению сектора малого и микробизнеса, снижению числа стартапов и, как следствие, сжатию налоговой базы. 2026 год, по сути, станет периодом ожидания «оттепели». Весь рынок застыл в тревожной паузе – все ждут, когда гайки перестанут закручиваться, а напряжение спадет.
Ольга Борисова, доцент кафедры корпоративных финансов и корпоративного управления Финансового университета при Правительстве Российской Федерации:
– Первый тренд – деглобализация, приводящая к перемещению производств из Азии в США и замедляющая рост мировой торговли до 2,2%. Под воздействием сложной геополитической ситуации и напряженной обстановки в Европе, Америке, на Ближнем Востоке она будет сопровождаться изменением логистических потоков и системы взаиморасчетов. Для России это означает дальнейшее расширение сотрудничества с Китаем, Индией, Турцией, Африкой, что потребует развития собственной платежной системы, в том числе цифровых финансовых активов (ЦФА), при осуществлении международных расчетов переход к национальным валютам при заключении сделок.
Тренд на импортозамещение продолжится. Сохранится зависимость от госзаказа. У промышленных компаний появятся новые рынки сбыта, доступ к более дешевым ресурсам. При этом необходимо продолжить работу по переориентации бизнеса, перенастройке оборудования под новые требования и материалы. Для сельского хозяйства подобная переориентация приведет к необходимости адаптации к особенностям традиций и культур местного населения.
Еще один тренд – технологическое развитие, приводящее к активному внедрению ИИ. Международные исследования показывают, что порядка 88% компаний перевели на ИИ хотя бы одну из бизнес-функций. Масштабировали ИИ на уровень организации не более 1/3 компаний. В России 40% ИТ-компаний применяют генеративный ИИ, в банковской сфере 84% используют технологии обработки естественного языка, 70% – компьютерного зрения. В условиях жесткой конкуренции выигрывают компании, активно внедряющие подобные технологии, достигая более высокой эффективности.
В России внедрение ИИ в условиях дефицита кадров позволяет бизнесу выжить и оперативно адаптироваться к новым условиям. Государство стимулирует внедрение ИИ в рамках реализации национальных проектов. Внедрение ИИ для промышленных компаний приведет к внедрению цифровых двойников, роботизации, использованию предиктивной аналитики, что позволит снизить аварийность и производственный цикл. Для банков и ритейла подобное внедрение означает переход к персонализированному маркетингу, полной автоматизации колл-центров, снижению операционных расходов и сокращению рабочих мест в профессиях, предполагающих выполнение рутинных операций.
Четвертый тренд – изменение монетарной политики, направленное на замедление инфляции, при этом сопровождающееся различными действиями. В США, Еврозоне, России осуществляется снижение ставок, в Японии – повышение. В 2026 году мировая инфляция продолжит курс на замедление, стремясь к уровню в 3,1%, чему будут мешать высокие цены на энергоносители. В России, согласно проводимой денежно-кредитной политике, инфляция продолжит сокращение, национальная валюта к лету получит тренд на укрепление, составив порядка 80 рублей за доллар за счет высоких финансовых результатов энергетических компаний и увеличения доходов федерального бюджета, изначально не запланированных к получению в 2026 году.
В подобных условиях ключевая ставка продолжит плавное снижение. Однако в первом полугодии сохранится тренд на инвестиционный спрос со стороны бизнеса за счет преимущественно программ с государственной поддержкой. К концу года на фоне падения ключевой ставки бизнес получит доступ к более дешевым заемным средствам. Ставка по кредитам снизится с существующих 18,3% до 13–14%, переломив ситуацию и повысив привлекательность бизнес-инвестиций в большинстве секторов российской экономики.
Александр Кудряшов, старший преподаватель кафедры финансового и инвестиционного менеджмента Факультета «Высшая школа управления» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации:
– В 2026 году экономическую повестку, на мой взгляд, будут определять три тренда. Первый связан со стоимостью кредита. Банк России в марте снизил ключевую ставку до 15%, однако денежно-кредитные условия сохраняются жесткими, а это означает более медленное развитие в тех отраслях, где спрос зависит от заемных средств. Под наибольшим давлением останутся жилищное строительство, коммерческая недвижимость, часть розницы длительного спроса и капиталоемкие инвестиции в переработке. Более устойчивое положение сохранят компании с умеренной долговой нагрузкой, устойчивым денежным потоком и доступом к крупным контрактам.
Второй связан с внешней торговлей, логистикой и общей международной неопределенностью. Международный валютный фонд в январе оценивал рост мировой экономики в 2026 году на уровне 3,3%, при этом OECD (Organization for Economic Cooperation and Development, Организация экономического сотрудничества и развития) в декабрьском обзоре давала более сдержанную картину и обращала внимание на торговые ограничения и более слабые инвестиции. Для российского бизнеса это означает продолжение перестройки внешнеторговых направлений, более высокую цену перевозки, более жесткие требования к инфраструктуре расчетов и повышение значимости поставок, которые не зависят от одного логистического направления. Наиболее чувствительными останутся транспорт, машиностроение, импортозависимая переработка и те сегменты потребительского рынка, где велика доля импортных компонентов.
Третий тренд связан с производительностью труда и технологическим обновлением. Банк России сохраняет оценку крайне низкой безработицы, около 2,4% в 2026 году, при этом рост оплаты труда остается заметным. В такой среде бизнес будет внимательнее относиться к вложениям, которые сокращают издержки и повышают отдачу на одного занятого. По этой причине в 2026 году более сильные позиции получат отрасли, связанные с автоматизацией, программными решениями для производства и логистики, складской инфраструктурой, транспортным сервисом и энергоэффективным оборудованием. Для российской экономики главный вопрос 2026 года связан уже не столько с расширением любой ценой, сколько с повышением качества роста, где решающее значение имеют производительность, стоимость капитала и устойчивость импортных поставок.
Василий Косарев, эксперт по интернет-продвижению недвижимости, основатель диджитал-агентства «Лайка»:
– Я бы выделил треугольник трендов, состоящий из технологического вызова в виде ИИ, турбулентности с Telegram и структурной трансформации капитала. Эта триада пришла на смену глобализации и дешевым ресурсам, которые были драйверами роста в прошлом.
Влияние ИИ на глобальную экономику сейчас отличается от того, как мы оценивали это в 2023‑м и даже 2024 году. Тогда он воспринимался, как «страшилка» для офисников-середнячков, которые должны были потерять работу в результате технологической оптимизации. Сегодня мы видим, как ИИ глобально меняет рынок и расстановку игроков на нем. Искусственный интеллект не только справляется с мелкими рутинными задачами, но и замещает функции внутреннего аудита и менеджмента.
На фоне цифровой трансформации нельзя недооценивать турбулентные процессы с запретом или ограничением доступа к некоторым социальным сетям и мессенджерам. К примеру, Telegram – это фактически операционная система огромного количества бизнес-единиц страны. Серьезное количество предприятий выстраивают клиентские воронки только здесь – от знакомства с клиентом до сделки. Ограничение доступа к мессенджеру окажет серьезное воздействие на непрерывность бизнес-процессов большого количества предприятий.
Вместе с тем, происходит укрупнение бизнеса. Малый и средний бизнес в условиях высокой ключевой ставки и кадрового голода переживает период естественного отбора. Лидирующие игроки поглощают нишевые стартапы, выстраивая вертикально-интегрированные холдинги.
На фоне этих глобальных экономических трендов можно выделить также кадровый дефицит – фактически перманентная экономическая характеристика современного бизнеса. Нехватка квалифицированного персонала характерна практически для всех отраслей экономики. Этот тренд приводит к тому, что бизнес фокусируется на удержании персонала, инвестирует в HR-бренд, чтобы нанимать лучших, и расширяет спектр программ поддержки для сотрудников.
В маркетинге стоит выделить тренд на краткосрочное планирование, гибкость и адаптивность. Бизнес меняет долгосрочное стратегическое планирование на точечное и операционное. Суперсила маркетингового менеджмента сегодня – готовность к управлению изменениями и умение оперативно видеть тренды. В целом, побеждает тот бизнес, который предоставляет маркетингу в такие периоды больше свободы и полномочия к самостоятельному принятию быстрых решений.
Серия ограничений ряда социальных сетей и мессенджеров подтолкнула бренды сместить фокус на собственные площадки. В свое время соцсети сместили их на вторые места. Сейчас же происходит ренессанс блогов компаний, бренд-медиа и собственных сайтов. Достаточно посмотреть на соответствующие разделы Lamoda или Wildberries – бренды ведут собственные блоги, напоминающие по стилистике, тональности, даже верстке и форматам соцсети, доступ к которым ограничен либо запрещен.
Елена ВОСКАНЯН
