Приближение к устойчивому развитию: от общего к деталям

75

 

 

 

Приближение к устойчивому развитию: от общего к деталям

Переход к устойчивому развитию – длительный процесс, базирующийся на экономических, социальных и экологических принципах. Исследователи много лет спорят, кто и насколько приблизился к раскрытию этих принципов в изучении перехода к устойчивому развитию. Возможен ли какой-то баланс этих элементов или какой-то из них играет большую роль, нежели остальные? Об этом, и не только, дискутировали участники секции «Управление переходом к устойчивому развитию».

В своем докладе «Национальная идея как фактор конструирования целей устойчивого развития» магистр Московского физико-математического института М. А. Дроздова и к.ф.н., доцент кафедры философских и социально-экономических дисциплин Московского юридического университета им. О. Е. Кутафина А. Ю. Огородников подробно разобрали тему, историю и методологию создания в мире, и в России в частности, национальной идеи, а также взаимосвязь ее с темой перехода к устойчивому развитию.

– В условиях координированности своих действий каждая из стран должна понимать собственную специфику, особенности, мотивации, и тем самым мы создаем многообразие межсистемных процессов, которые и призваны создавать устойчивое развитие, – отметил А. Ю. Огородников. – Здесь очень важна роль методологии и идеи ценностей, которые кристаллизировали бы идею специфики темы в знания и практики.

Трансформацию знаний в практику вполне можно иллюстрировать примером изобретения автомобиля, в первые годы появления которого человек счастливо полагал, что решил многие личные и общественные проблемы. Однако массовая автомобилизация человечества привела к тому, что в мегаполисах стали серьезно задумываться о целесообразности и необходимости транспорта. В своем докладе д.э.н., ведущий сотрудник экономического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова Ирина Ховавко постаралась найти некий баланс в существовании городского автотранспорта. С проблемой загрязнения окружающей среды посредством автомобилей, наличием пробок и многими другими явлениями мировые страны столкнулись раньше России и выработали систему мер для преодоления этих негативных последствий массовой автомобилизации.

– Это та область знания, где есть экономическая теория, которая говорит, что надо делать, есть теоретические решения и есть реальная мировая практика, – отметила спикер. – Задача теории – перевести внешние издержки, в частности экологические, на владельца автомобиля, чтобы он оплачивал их. По данным некоторых стран, такие внешние издержки (например, налоги или платежи) составляют примерно 35 процентов в общих издержках автомобиля. Это позволяет отчасти сократить экологическое воздействие автомобиля и поспособствует в какой-то мере управлять спросом на передвижение людей. Сегодня в цене автомобиля стоимость экологического регулирования составляет около 15 процентов – здесь учитывается множество величин, например качество топлива, объем вредных выбросов и т. д. Что касается спроса на передвижение, то есть идея убрать с улиц лишние автомобили, – это возможно, например, с помощью дополнительных налогов на транспорт, повышения платы за парковки, дорожную сеть и т. д.

По словам И. Ховавко, транспортная политика в крупных городах должна строиться на управлении транспортными процессами: приведении, в соответствие количества городских автомобилей пропускной способности уличной сети, организации доступности общественного транспорта, повышении цен на поездки в личном автотранспорте, строительстве дополнительных парковок.

Восемь целей тысячелетия составили эксперты мирового экономического сообщества накануне миллениума. Как рассказала к.э.н., ведущий научный сотрудник кафедры «Экономика природопользования» экономического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова Софья Соловьева, речь идет о восьми задачах, решая которые человечество способно приблизиться в том числе и к устойчивому развитию: за счет сокращения крайней бедности, достижения всеобщего начального образования, гендерного равенства, ликвидации детской смертности, повышения уровня здоровья матерей, снижения уровня инфекционных заболеваний, экологической устойчивости и формирования глобального партнерства. Эти восемь целей конкретизировались в 18 задач, каждая из которых получила более сотни статистических индикаторов. Был также определен временной период – с 1990 по 2015 год – и конкретные показатели по каждой цели.

– Мы имеем положительные итоги: число людей, живущих в условиях крайней нищеты, сократилось почти вдвое; уменьшилось количество голодающих; коэффициент охвата начальным образованием увеличился на 10 процентов, – то есть глобальные цели в какой-то степени обозначили прогресс, – отметила С. Соловьева. – Эти цели были адаптированы к каждой стране, России досталась цель – экологическая устойчивость. Показатели, вошедшие в базу данных по этой цели, собирались и отслеживались как в целом по стране, так и в отдельно взятых регионах. Например, в Свердловской области оказались наиболее высокие показатели энергоемкости; большая численность населения, проживающего в особо загрязненных городах; крайне низкая обеспеченность водопроводом – менее половины жилого фонда. То есть были сразу видны «болевые» точки, в отношении которых, бесспорно, нужны какие-то региональные программы и специальные мероприятия.

Один период закончился, и теперь мировое сообщество нацелено уже на совместные и новые 15-летние задачи по дальнейшему устойчивому развитию – они были приняты в сентябре этого года на международном саммите в Нью-Йорке.

– Это был очень сложный и длительный процесс, в ходе которого были выбраны некие принципы – единый набор целей на поколение вперед, универсальность применения, стандарты, лаконичность мотиваций и т. д., – подчеркнула Соловьева. – Но наполнение принципов было сложным, потому что стало понятно, что устойчивое развитие одинаково относится ко всем странам, а не только к развивающимся, как это было в прошлом периоде. В итоге выработаны 17 целей и 169 задач. И речь идет совсем не о материальных целях: здесь объединены три главных принципа – экономический, социальный и экологический. Но, чтобы воплотить эти идеи в реальность, необходимо создание специальной финансовой системы, которая обеспечит рост и развитие. При этом смысл в том, чтобы это была действующая международная финансовая система, которая имеет возможность преобразования для выполнения этих функций: предполагаются изменения в банковском секторе, фондовом рынке, страховании инвестирования, создании стандартов и объединении всех участников.

Едва ли самым цитируемым регионом России является арктическая часть нашей страны, однако эта территория полноправно заслуживает реформ и преобразований, равно как и обсуждения проблем. Об управлении переходом к устойчивому развитию в Российской Арктике рассказал к.э.н., научный сотрудник кафедры «Экономика природопользования» экономического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова Александр Кривичев. Спикер отметил, что в других странах вопросам развития Арктики уделяют особое внимание: например, в Канаде этими темами занимается министерство по делам индейцев и развития Севера, в Норвегии – это трехуровневая поддержка государства, в том числе освобождение от налогов на уровне субъектов и прямая поддержка отдельных групп населения, тогда как в нашей стране задействован только механизм дотирования. Кривичев считает, что для перехода к устойчивому развитию Арктики необходимы экономически сбалансированные подходы: найти оптимальный вектор управления устойчивостью – например, посредством НИОКР, а также инвестировать в развитие транспортной инфраструктуры.

Полноценное развитие социально-экономической системы защиты является наиболее показательным фактором устойчивого развития. Об этом рассказала д. э. н., профессор кафедры общего менеджмента Финуниверситета Ирина Павлова. Здоровое, сбалансированное общество – это то общество, которое сможет обеспечить здоровую жизнь своим членам. Каждая страна имеет свои особенности и уникальное соотношение проблем.

– В социально-экономической системе защиты нет однозначных решений – у каждой страны они индивидуальны, и даже самые прогрессивные страны в ходе реформ сталкиваются с проблемами, – отметила Павлова. – Естественно, они есть и в России и обозначены недостатком финансирования и организацией работы системы социальной защиты: на недавнем финансовом форуме были озвучены факты, свидетельствующие, что еще на год нам хватит денежных резервов, обеспечивающих социальную защиту, и если мы не найдем дополнительных источников финансирования, то перспективы будут очень неопределенными. Таким образом, системы социальной защиты в мире (в наибольшей степени это относится к системе социального страхования) претерпели значительные изменения за последнее время, в России они продолжаются в течение 25 лет. Это подтверждает постулат о том, что, с одной стороны, устойчивое развитие служит предпосылкой для улучшения систем социальной защиты – чем богаче страна, тем лучше система ее социальной защиты, с другой стороны, развитие системы соцзащиты служит основой для процветания общества и устойчивого развития государства как крупной социально-экономической системы. Уделяя большое внимание совершенствованию социальной защиты, государство может влиять на собственное и поступательное развитие. Мы все понимаем, что необходима взаимосвязь целей с национальной идеей, чтобы достичь устойчивого развития применимо именно к нашей стране. Устойчивое развитие должно быть направлено на развитие страны.

По словам модератора секции, д.э.н., профессора кафедры экономики природопользования экономического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова Сергея Никонорова, начав с национальной идеи, выступавшие подтвердили один из тезисов: геологи, географы, инженеры, экономисты, юристы на один и тот же термин «устойчивое развитие» смотрят и реагируют по-разному. Большинство предлагает найти интеграцию между различными системами, а может быть, сформировать интеграцию, прежде всего, в одной системе, чтобы, допустим, в научном сообществе разговаривали на одном языке и понимали, что такое устойчивое развитие.

– Цели устойчивого развития в российском контексте следует понимать в перспективе 50–100 лет, – отметил С. Никоноров. – С каких позиций мы строим стратегии – российских или интегрированных? Нам стоит смотреть в будущее, моделируя эти перспективы.

Модератор особо выделил доклад И. Ховавко, а также выступление С. Соловьевой и А. Огородникова. Подводя итоги, Сергей Никоноров подчеркнул, что секция выполнила свою задачу, хотя, возможно, управлению устойчивым развитием было уделено меньше внимания, чем концептуальным темам, но ведь именно они приблизили авторов к глобальной теме.

 

Ирина КРИВОШАПКА