Чрезвычайные ситуации: как ликвидировать, управлять и прогнозировать

63

 

 

 

Чрезвычайные ситуации: как ликвидировать, управлять и прогнозировать

Экономисты всего мира отмечают, что ущербы от чрезвычайных ситуаций и стихийных бедствий растут быстрее, чем валовый национальный продукт

Огромные экономические последствия природных и антропогенных катастроф вынуждают государства и корпорации по-новому взглянуть на вопросы безопасности. Однако предлагаемые ими меры, как правило, направлены на ликвидацию последствий кризисных ситуаций, а не на их предотвращение. Участники панельной сессии «Предотвращение и ликвидация катастроф: экономический аспект», прошедшей в рамках Петербургского международного экономического форума-2013, поделились опытом, полученным в многократных попытках управления рисками и чрезвычайными ситуациями. События августа-сентября в очередной раз подтвердили актуальность состоявшейся дискуссии.

Владимир Пучков– Сорок лет ученые говорят нам: «Будьте осторожны, потому что катастрофы могут подорвать жизнеспособность экономик и к ним нужно относиться очень серьезно», – открыла дискуссию специальный представитель генерального секретаря ООН по вопросам уменьшения опасности бедствий Маргарета ВАЛЬСТРЕМ. – За последние 4 года глобальные катастрофы потрясли мир. Они затронули военизированные области, принесли не только финансовый, но и экономический и социальный ущербы. И в настоящее время риски возрастают с ростом ВВП. В этой связи интересно узнать, кто принимает решения о снижении рисков, кто платит за это, каким образом мы можем сократить глобальные последствия этих факторов, которые способствуют жизнеспособности экономики? В последнее время наблюдается тенденция, что бизнес перетекает в области, которые подвержены многим рискам, в том числе катастрофам и чрезвычайным ситуациям. Мы задаем экспертам разных сфер несколько вопросов: как бизнес реагирует на риски, как планирует и возвращает инвестиции, как смотрит на устойчивость своего развития и, самое важное, как формируется сотрудничество между государственным и частным сектором экономики?

Владимир Пучков– Мы впервые на столь высоком уровне обсуждаем проблемы экономики чрезвычайных ситуаций и управления рисками, – отметил министр Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий Владимир ПУЧКОВ. – Сегодня население Земли составляет более 7 миллиардов человек, появляются совершенно новые отрасли экономики. Это одна часть проблемы, которую мы должны учитывать при оценке рисков. Другая сторона проблемы в том, что меняются и внешние факторы и условия, и климат, появляются новые риски и опасности в различных регионах земного шара: там, где не было сильных землетрясений, они начинают происходить, там, где не было тайфунов и смерчей, они появляются. Это значит, что рождаются новые риски и человечество должно к ним готовиться.

Мы внимательно изучаем все мировые тренды по минимизации рисков. Президент России утвердил «Основы государственной политики до 2020 года в области безопасности жизнедеятельности населения», и этот документ регламентирует комплексное взаимодействие по государственному управлению руководителей муниципальных образований, а также активное участие граждан в реализации всех вопросов по обеспечению безопасности жизнедеятельности. Также энергично в этой сфере начали работать общественные организации, волонтерские движения, и это является гарантом успеха в решении всех проблем. В нашей стране создана единая государственная система предупреждения ЧС, которая объединяет все федеральные структуры и все 83 региональные структуры, а также подключает к решению всех проблем органы местного самоуправления и организации. Это позволяет своевременно выявлять проблемы и реализовывать всю политику предупреждения чрезвычайных ситуаций и управления рисками. Мы сформировали современную нормативно-правовую базу, три года назад приняли Федеральный закон «О страховании потенциально опасных видов деятельности», и сегодня более 300 тысяч предприятий РФ застрахованы и выполняют все мероприятия по профилактике предупреждения рисков. И мы шаг за шагом выстраиваем новую парадигму безопасности техносферы, когда бизнес должен адекватно оценивать существующие риски. Мы энергично внедряем независимую систему оценки рисков всех предприятий, систему декларирования и, конечно, систему лицензирования. Причем МЧС России уменьшает количество лицензируемых видов деятельности – если до недавнего времени их было 8, то сейчас осталось 2.

Важным моментом нашей деятельности является формирование эффективных механизмов, которые позволяют при проектировании, согласовании проектов, подключении экспертных организаций закладывать все вопросы защиты, предотвращения, профилактики безопасности на первом этапе реализации проекта. Например, когда мы приступили к проекту строительства спортивных сооружений для Универсиады в Казани и Олимпиады в Сочи, мы с первого дня подключили мощное экспертное сообщество специалистов, которые позволили на начальном этапе подготовки проектных работ и изысканий включить в работу все вопросы по безопасности. Мы также учли это в функционировании этих объектов на несколько лет вперед.

Старший вице-президент по развитию корпоративного бизнеса GSE System (компании, занимающейся ведением тренингов и симуляторов по тревожным ситуациям) Гилл ГРЭДИ познакомил с подходами к решению задач по прогнозированию, предотвращению и управлению последствиями рисков с точки зрения промышленников, руководителей предприятий:

– Если погодой мы не можем управлять, то человеческим фактором и поведенческими мотивами людей – вполне. В случае катастроф мы всегда задаем вопрос: кто виноват в том, что сработала человеческая ошибка? Может быть, ошибка была заложена еще на этапе проектирования, создания оборудования? Со всеми примерами таких ситуаций накопился большой опыт, в том числе и трагический. Мы смотрим, что и где было сделано неправильно, и вносим соответствующие изменения в технические регламенты, которые управляют эксплуатацией объектов. Далеко не всегда наша деятельность успешна, но, так или иначе, техника не может работать без человеческого вмешательства. Горький опыт, который мы накопили на фоне прошедших катастроф, заставляет нас извлекать уроки. Мы знаем, что всегда нужно рассчитывать на худшее, но надеяться на лучшее. Важные секторы промышленности уже функционируют на уровне самых высоких требований: например, в ядерной промышленности отработаны формулы, позволяющие прогнозировать и оценивать риски. Трагедия на Фукусиме подняла один из важных вопросов: из каких предпосылок исходили инженеры при сооружении объекта? Они говорили, что, если построить волнорез высотой 10 метров, можно будет предотвратить удар цунами. Но цунами оказалось 40 метровой высоты и преодолело эту искусственную преграду. И это заставило нас еще раз развести руками и продумать новые правила, из которых нужно исходить при проектировании нашего оборудования. В результате чего сразу выработали новое положение и новый регламент, в котором речь идет не только об использовании техники, но и о подготовке кадров, работе с инженерами и техниками, управленцами, населением. У нас есть тренажеры, ставшие очень успешными инструментами, они позволяют полностью проанализировать функционирование объекта, определить запас прочности конструкции – все это может быть сделано еще до строительства объекта, чтобы снизить вероятность человеческой ошибки. Однако стоит отметить, что сейчас учащаются катастрофы: то, что раньше происходило раз в 100 лет, сейчас возникает раз в 10 лет.

Для того чтобы прогнозировать, нужно изменять, совершенствовать законодательство и положение с учетом промышленной безопасности, стрессоустойчивости оборудования. И сейчас российские компании изучают новые подходы к анализу безопасности своих объектов, используют климатическое моделирование, тренажеры, другие элементы, чтобы принимать научно обоснованные решения. Люди могут ошибаться. Но нужно всегда предусматривать механизмы контроля и создавать механизмы защиты от таких ошибок, чтобы уже на уровне проектирования закладывались такие защиты.

При этом, полагают эксперты, важно не забывать, что чрезвычайные ситуации наносят серьезный ущерб экономике территории и при восстановлении ситуации есть как определенные программы, так и ограничения, не позволяющие реализовать все мероприятия в полной мере.

– Экономисты всего мира отмечают, что ущербы от чрезвычайных ситуаций и стихийных бедствий растут быстрее, чем валовый национальный продукт, – сказал начальник Всероссийского научно-исследовательского института по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций МЧС России, доктор технических наук, профессор Валерий АКИМОВ. – И если это будет продолжаться, то две кривые этого роста пересекутся в 2050–2060-х гг. Поэтому есть две актуальные задачи: либо развивать экономику более быстрыми темпами, либо уменьшать ущербы от стихийных бедствий. Мы занимаемся второй задачей и стараемся не допустить, а где-то и уменьшить последствия от стихийных бедствий в части материальных потерь и человеческих жизней. Безусловно, здесь не обходится без проблем.

Валерий Акимов остановился на некоторых направлениях этой работы:

– МЧС России, и это мнение независимых международных экспертов, всегда уделяло повышенное внимание развитию науки и новых технологий. Даже в тяжелые времена, когда научная сфера в целом недофинансировалась, руководство министерства всегда находило возможность развивать ведомственную науку. Главное, чтобы результаты были внедрены в нашу практическую деятельность. А это возможно, когда есть интересы. В нашей чрезвычайной науке есть несколько проблем. Одна из них связана с теорией безопасности. Существует два подхода, один из них классический, когда на основании каких-то эмпирических данных формулируются эмпирические закономерности, на их основе формулируются законы, затем – та или иная теория и научная дисциплина. В сфере безопасности мы экспериментировать не можем, поэтому используем второй подход – междисциплинарный, когда есть система наук и приложения этих наук к сферам безопасности, что является основой для создания общей теории безопасности. Любые процессы можно прогнозировать на научно обоснованный период. Сегодня наука не может осуществлять краткосрочный прогноз землетрясений, но есть долгосрочный прогноз опасных природных явлений. Второй проблемой являются прикладные методы анализа управления риском. К сожалению, мы работаем с теми катастрофическими событиями, которые происходят редко, но ущерб от которых очень серьезный и значительный, поэтому здесь не работает классическая теория вероятности, математическая статистика. Пример: в 1999 году было катастрофическое наводнение на реке Лене в районе города Ленска. И после этого руководство министерства по ЧС обратилось в Российскую Академию наук с просьбой дать прогноз развития подобных явлений на ближайшие десятилетия. И академики сказали, что в ближайшее столетие такого события не должно быть. Прошло 2 года, и в 2001 году вода в Лене поднялась на 24 метра, нам пришлось переносить Ленск на возвышенную территорию. Ущерб был огромный, потому что уважаемые ученые пользовались академической теорией вероятности, классической теорией математической статистики и пропустили такие катастрофические события.

Еще одно направление научной деятельности касается всего, что связано с автоматизацией, информационными, телекоммуникационными технологиями. Это повышает оперативность деятельности, а в спасательной деятельности – это один из важнейших критериев. Здесь проводится большое количество научных исследований и разработок – в Российской Федерации создана система центра управления кризисными ситуациями в субъектах России, а также единые диспетчерские службы муниципальных образований. Сегодня создается комплексная система экстренного оповещения населения об угрозах и факте чрезвычайной ситуации.

Еще одно направление работы основано на формировании культуры безопасности жизнедеятельности. Это долгоиграющий проект, эффект от него невозможен мгновенно. Кстати, несколько лет назад именно знания школьной программы одной девочки помогли в спасении сотен людей, которые могли попасть в зону цунами в гостинице на острове Суматра (Индонезия). Как известно, перед тем как наступает цунами, вода отходит от береговой части. И девочка, отдыхавшая на Суматре в составе 300 английских туристов, увидела это явление и сообщила родителям: «Уходит вода, сейчас придет волна цунами, и надо спасаться». Фактически эта девочка спасла всех англичан, которые вовремя смогли уйти с береговой части острова и подняться на возвышенность.

Управление рисками – это междисциплинарная наука, требующая, помимо расчетов и формул, общечеловеческого подхода к решению проблем. Страховая отрасль также основана на науке и моделировании и она также основана на разных подходах.

Рето Шнарвайлер– Наша компания была создана в 1863 году, – сказал управляющий директор Swiss Re Рето ШНАРВАЙЛЕР. – За более чем столетний период деятельности мы накопили серьезную статистику в страховании. Мы наблюдаем, что страховые продукты по-разному используются в качестве страховых амортизаторов. По данным Международного банка расчетов, бедствия имеют очень большие последствия для экономик. И использование страховых продуктов может оказаться преимущественным и выгодным. Когда мы смотрим на российскую ситуацию, то страхование, не связанное с жизнью, составляет 2,3 процента, показатель по миру 2,8 процента, в Европе – 3,8 процента. Так что есть потенциал внедрения страховых продуктов в России.

О работе по снижению рисков бедствий проинформировал заместитель исполнительного секретаря Частичного открытого соглашения Совета Европы по прогнозированию, предотвращению и оказанию помощи в случае природных и техногенных катастроф Франческ ПЛА:

– Мы переходим на привлечение к участию всех заинтересованных сторон, чтобы распределять бремя ответственности. На мой взгляд, нужно расширять круг заинтересованных лиц, которые должны участвовать в управлении рисками, а также предусмотреть все последствия. Но решения должны приниматься индивидуально и должны опираться на науку, привлекать экспертное сообщество и необходимые научные методики. Сейчас разрабатываются разные подходы не только на национальном, но и на региональном уровнях, потому что природные катаклизмы не знают границ. И мы готовы привлекать к решению таких проблем гражданское общество через социальные сети и работу с населением. Поэтому хочу обратить внимание на важный момент: если у представителей частных компаний возникает вопрос: «Должен ли я участвовать в этом деле и какой вклад внести?», мы отвечаем, что частные компании заинтересованы в устойчивости своего развития и этого нельзя добиться без планирования на будущее, поэтому нужно двигаться в этом направлении. И вместо того, чтобы ликвидировать последствия, лучше проявлять инициативу и заниматься профилактикой, предотвращением, предупреждением. Призываю представителей частного сектора проявлять инициативу – выходить на свои правительства и в глобальном плане объединять усилия для снижения рисков.

В настоящее время в сфере предотвращения чрезвычайных ситуаций разрабатывается множество программ. По мнению участников сессии, в сочетании с действиями правительств, частного бизнеса, а также моделированием, техническим потенциалом, данными результатов в случае взрывов и выбросов радиации современные технологии позволяют отрабатывать все сценарии и применять то, что позволит ликвидировать не только текущие ситуации, но и оценить и снизить последующие риски.

 

Ирина КРИВОШАПКА