МФК-2019: как поддержать устойчивость финансовых рынков

59

МФК-2019: как поддержать устойчивость финансовых рынков

Ключевая тема XXVIII Международного финансового конгресса, состоявшегося в июле 2019 года в Санкт-Петербурге, была обозначена так: «Финансовые рынки: повышение сложности, поддержание устойчивости». На пленарных заседаниях и деловых сессиях участники МФК говорили о необходимости улучшения инвестиционного климата и проведения структурных изменений в экономике, делились опытом и предлагали решения актуальных проблем. В форуме приняли участие около 1200 человек из 37 стран.

Цели, вызовы и средства

По словам председателя Банка России Эльвиры Набиуллиной, основной вызов прошлых лет был связан с тем, «как российской экономике и финансовой сфере приспособиться к новому миру – с низкими ценами на нефть и резко возросшим уровнем неопределенности, где геополитические факторы стали «джокерами», которые резко могут поменять расстановку сил в игре». Достижение макроэкономической стабильности в новых условиях требовало больших усилий, подчеркнула глава ЦБ РФ.

– Сейчас есть прочный базис для развития: низкая инфляция и инструменты для стабилизации ее вблизи целевого уровня, в первую очередь политика таргетирования инфляции, дисциплинированная ответственная бюджетная политика, которую проводит правительство РФ, – отметила глава Банка России.

Однако это не означает, что в экономике страны все в порядке.

– Возможно, напротив, мы сейчас стоим перед лицом даже более грозного вызова – темпы экономического роста очень низкие, бизнес пока не видит перспектив, доходы населения практически не растут, и граждане слабо чувствуют, что достигнутая стабильность дала им лучшее качество жизни, – подчеркнула Эльвира Набиуллина.

С ее точки зрения, росту мешают внешние факторы – торговые войны и геополитические игры, но главные ограничения для развития – внутренние. Именно с ними предстоит бороться финансовой системе.

– Центральный банк отвечает за поддержание ценовой и финансовой стабильности, – отметила Набиуллина. – Именно поэтому в последние годы мы сосредоточились на снижении инфляции до 4% и поддержании ее на этом уровне, а также на обеспечении финансовой стабильности как на уровне системы в целом, так и на уровне отдельных институтов. Важнейший несущий элемент – макростабильность, это позволило изолировать экономику от колебаний нефтяных цен и накопить подушку безопасности на случай реализации рисков. Но макростабильность – это еще не рост. А рост сейчас – около 1,5–2%; в первом квартале он составил лишь 0,5%. И это при очень низкой безработице. Если пытаться сдвинуть центробанковскими инструментами потенциальные темпы роста, мы получим либо инфляцию, либо пузыри на финансовых рынках, а скорее всего – и то и другое.

Повысить темпы экономического роста и увеличить благосостояние людей можно только за счет структурных преобразований, которые будут способствовать перераспределению ресурсов – и трудовых, и финансовых – в сферы с большей отдачей, с большей производительностью, создающие большую добавленную стоимость.

По словам Эльвиры Набиуллиной, необходимо кардинальное улучшение инвестиционного климата.

– Даже при успешной реализации национальных проектов в их государственной части нет никакой гарантии, что они создадут соразмерный мультипликативный эффект через расширение частных инвестиций, – отметила глава Банка России. – Частные инвестиции – это прежде всего дополнительный акционерный капитал, собственные средства и крупного бизнеса, и малых предпринимателей, которыми они готовы рискнуть в расчете на будущий рост своего бизнеса и прибыли. А готовность взять на себя этот риск напрямую зависит от инвестиционного климата. Если бизнес не готов инвестировать, и спрос на привлечение финансовых ресурсов есть только у компаний в слабом финансовом положении, которым они нужны для выживания, а не для развития, то не стоит удивляться, что финансовый сектор неохотно кредитует компании.

В своем выступлении Эльвира Набиуллина также остановилась на вызовах, стоящих перед финансовой сферой и регулятором.

Основным из них стала дигитализация – драйвер изменений в финансовой сфере, в трансформации бизнес-моделей.

– Российский финансовый сектор вполне успешно оседлал цифровую волну, мы на третьем месте в мире по проникновению финансовых технологий, но одновременно с этим возникают новые вызовы, – сказала глава Банка России. – Но дигитализация требует больших инвестиций, билет в цифровой мир дорог и не по карману небольшим участникам. Однако дорога именно инфраструктура, а на ее базе даже небольшие участники смогут предложить инновационные, конкурентоспособные продукты. Именно поэтому мы запустили наши инфраструктурные проекты: биометрию, «Маркетплейс», Систему быстрых платежей.

Однако в этих направлениях, по мнению Набиуллиной, необходимо еще более активно внедрять современные технологии, удешевляя их и создавая удобные сервисы для потребителя.

Второй вызов – это обладание и управление данными.

– Мы будем обеспечивать безопасность, защиту данных, особенно когда речь идет о входе на национальные рынки наднациональных игроков, – отметила глава Банка России. – Важно создать условия недискриминационного доступа к данным, для этого в том числе реализуем совместно с правительством проект цифрового профиля. Думаем над развитием регтех-решений, к примеру, индивидуальных рейтингов гражданина или скорингов компаний малого и среднего бизнеса, которые могли бы разработать бюро кредитных историй или специализированные компании и предлагать небольшим участникам.

Третий и самый масштабный вызов связан с развитием платформенных решений, когда один продавец может предлагать разные типы финансовых продуктов. Здесь же стоит упомянуть выход на финансовый рынок нефинансовых игроков, в том числе и крупнейших технологических BigTech-агрегаторов.

Глава Банка России считает, что необходимо двигаться в сторону регулирования по видам деятельности, а не по требованиям к юридическому лицу.

– Если какая‑либо компания начинает оказывать финансовые услуги, она должна будет получить у нас лицензию на соответствующий вид деятельности, – сказала Э. Набиуллина.

Кроме того, Банк России заинтересован в применении инструментов поведенческого надзора для некредитных финансовых организаций, ключевую роль здесь играют стандарты продаж и саморегулируемые организации, которые следят за их исполнением. Иными словами, необходимо развивать институт саморегулируемых организаций в банковском секторе.

– Мы подходим к необходимости изменения законодательства, которое позволит через механизм саморегулирования контролировать добросовестность продаж банками и банковских, и небанковских продуктов, – сказала Э. Набиуллина.

В качестве еще одного действия, которое необходимо совершить, глава Банка России видит оптимизацию регуляторной нагрузки.

– Правительство запустило проект «регуляторной гильотины», я не могу сказать, что он полностью применим к финансовому сектору, потому что все же наше регулирование формировалось в более современных условиях, – отметила Набиуллина. – Мы планируем наладить постоянный диалог с рынком по оптимизации регуляторной нагрузки. Мы решили создать рабочую группу, которая будет принимать предложения участников рынка по корректировке регулирования.

Регуляторы стран с формирующимися рынками по‑своему сочетают меры денежно-кредитной политики и политики поддержания финансовой стабильности в эпоху высокой волатильности. Об этом говорили участники пленарного заседания «Как ЦБ достигать своих целей в условиях возрастающего разнообразия рисков и усложняющейся структуры рынков?».

– Развивающиеся рынки небольшой страны и развитая экономика – это не равные ситуации, – сказал Борис Вуйчич, председатель Хорватского народного банка. – В 2000‑х перед нами стояли задачи финансовой стабильности. Далее – задача стабильности обменного курса. Ситуация, определяемая внешними условиями, такова, что рефинансирование идет не за счет Центрального банка. Мы повысили ставку до 12%, чтобы управлять рисками, связанными с тем, что наша экономика зависит от других валют. И этот процент был очень высоким. После кризиса нам это помогло. Далее ввели дополнительные сферы контроля – уровень рефинансирования подняли до 25%, затем пошли до 55%, и тогда все остановилось. Мы ввели налог на объем кредитов – до 16% в год за один период. На макроуровне мы начинаем раскручивать все макроинструменты. И благодаря этому смогли вернуть 35% ликвидности.

Спикер уверен, что зачастую нужно повышать уровни регулирования, действовать контр-циклически, смотреть долгосрочно, иначе после кризиса все может усугубиться.

Согласился со спикером Клаудио Борио, директор Департамента денежно-кредитной и экономической политики Банка международных расчетов.

– Мы поддерживали эти инструменты в середине 2000‑х – макропродунциальную экономику, – сказал Клаудио Борио. – Любые циклы – сложные вещи, и простым набором их не решить. Все зависит от финансовой системы – те, кто зависит от национальной валюты, не могут себе это позволить.

– Макроинструменты очень полезны, – сказал Ричард Портес, профессор экономики Лондонской школы бизнеса. – Их можно развивать. В развивающихся рынках укрепилась проблема уязвимости. Кредитно-денежная политика развитых стран имеет влияние на менее развитые. Политика, которая должна изолировать одни страны от других, не действует, нужны новые инструменты.

– Надо разделять монетарную политику и финансовую стабильность, и здесь многое зависит от корпоративного управления финансовой стабильностью, – считает Зденек Тума, партнер KPMG, Чешская Республика.

Каждая страна видит собственные рецепты достижения финансовой стабильности, но, как резюмировали участники дискуссии, на пути решения проблем важно вводить какие‑то новшества постепенно, чтобы латание дыр не привело к более серьезным проблемам.

По принципам, но не по «буквам»

Саморегулирование на финансовом рынке – новое явление и эффективный инструмент установления требований к стандартам профессиональной деятельности, внедрения этических принципов и лучших практик добросовестного поведения. В рамках пленарного заседания «Саморегулирование, этика и поведенческий надзор: вызовы ближайших трех лет» обсуждались подходы к имплементации профессиональных и этических стандартов с учетом особенностей осуществления профессиональной деятельности субъектов финансового рынка, роль регулятора в разработке и контроле стандартов, целесообразность внедрения саморегулирования в банковском сегменте.

Известно, что одна из причин падения уровня доверия к финансовым институтам – отсутствие системного подхода к выстраиванию корпоративной культуры на финансовом рынке. Банк России разработал кодекс добросовестного поведения как основу для внедрения этических стандартов в практику финансовой индустрии. Есть ли выгоды от внедрения кодекса или ему больше свойственны издержки, готов ли рынок к этим инновациям и что должен еще сделать Банк России? – на эти и другие вопросы пытались ответить участники заседания.

– Само существование банковской системы базируется на доверии, – отметил Георгий Лунтовский, президент ассоциации «Россия». – Уровень доверия я оцениваю как растущий и достаточно высокий. Без доверия у кредитных организаций растут издержки, тормозятся инвестиции, и от этого страдает вся экономика.

Григорий Лунтовский привел примеры, когда действия государства повлияли на уровень доверия. В кризис 1998 года, когда государство объявило дефолт, первые очереди образовались возле Сбербанка, и только благодаря действиям регулятора удалось восстановить работу банка. Второй пример связан с принятием закона о страховании вкладов, который укрепил доверие к кредитным организациям и позволил им конкурировать с более крупными банками. В настоящее время Банк России предпринимает множество действий по формированию благоприятной финансовой среды.

– Все банки отмечают позитивные тенденции во взаимоотношениях с регулятором, это тоже способствует повышению доверия в банковском секторе, – подчеркнул Лунтовский. – В основных направлениях развития финансового рынка Банк России предложил свою систему оценки доверительной среды – композитный индекс удовлетворенности, и с мая 2017 года по май 2018 года этот индекс вырос на 10 баллов – с 41,4 до 51,1 балла. Целевое значение этого индекса – 100 баллов. Значит, есть над чем работать, чтобы далее повышать доверие.

Доверие также важно формировать и между самими банками. Пример Банка Португалии подтверждает это.

– Мы создали Кодекс этики в 2014 году, который стал частью Европейской финансовой системы, – рассказал Тиаго Агиар, заместитель директора Департамента обеспечения банковского надзора Банка Португалии. – Этим мы закрыли еще один вопрос: дело в том, что у банка есть целый ряд функций – обеспечение контроля за рынком, макропруденциального контроля. В Кодексе этики рассмотрен даже вопрос о тех подарках, которые могут получить сотрудники, а также перечень стандартов по работе за рубежом при работе с другими структурами. Наш сотрудник по комплаенсу должен следить за тем, соответствует ли требованию владение акциями, то есть мы можем владеть акциями лишь определенных банков. Еще один кодекс относится к членам совета директоров и к сотрудникам старших руководящих позиций. Полагаю, что наличие высоких стандартов для таких игроков, как мы, очень важно.

– Создание доверия – краеугольный камень по обеспечению устойчивого развития финансового рынка, а поведенческий надзор и поведенческие меры – инструментарий, с помощью которого не только наказываются недобросовестные практики, но и меняется отношение компании к самому предмету, – сказал Михаил Мамута, руководитель Службы по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг Банка России. – Главное – изменить отношение. Любой негативный кейс очень быстро становится известным в обществе и так или иначе скажется на доверии клиентов. Внедрение в Банке России поведенческого надзора началось около двух лет назад, в прошлом году утвержден стандарт поведенческого надзора с целями, задачами и функционалом, и сейчас реализация этого направления осуществляется согласно этим стандартам. Особенность поведенческого надзора – риск-ориентированность. Наше внимание к отдельным компаниям и секторам рынка базируется на риске, который несет потребитель. Мы смотрим на соотношение жалоб на конкретную компанию или сегмент рынка к количеству договоров в этом секторе и сравниваем их с другими показателями. Таким образом происходит градация компаний по уровню потребительского риска, и в зависимости от того, в какую группу попадает компания, определяется интенсивность реализуемых нами мер поведенческого надзора.

В планах Банка России усиление консультативных функций превентивного поведенческого надзора.

– Доверие важно сохранять между государством и производителем услуг, – сказал Игорь Юргенс, президент Всероссийского союза страховщиков. – Надзор должен быть по принципам, а не по «букве».

По мнению Игоря Юргенса, саморегулирование в финансовой сфере должно быть, но контрольные функции осуществляет регулятор.

– Работает или нет саморегулирование? Это для нас ключевой вопрос, – отметила Эльвира Набиуллина. – Если не сработает саморегулирование в ряде секторов, мы пойдем на государственное регулирование – мы просто не будем терпеть недобросовестность, так как это подрывает доверие к рынку.

По словам главы Банка России, иногда принуждение к саморегулированию бывает оправданным. Саморегулирование в ряде секторов может решать многие проблемы, защищать и продвигать общие интересы отрасли. Но опасения у главы Банка России вызвал тот факт, что есть более крупные игроки, чем саморегулируемые организации. Это значит, что нужно придумать такую форму саморегулирования, которая способна будет осуществлять полный контроль.

Актуальность доверительной среды и необходимость перестройки бизнеса в финансовых компаниях в эпоху цифровизации обсуждали на сессии «Роль инфраструктуры в формировании доверительной среды и упрощении доступа инвесторов на финансовый рынок в эпоху цифровизации». Так, более 60% организаций так или иначе находятся или в состоянии трансформации своих бизнес-моделей, или уже завершили этот процесс, или нацелены на эту трансформацию.

– Основным драйвером являются изменения в ожиданиях клиентов в связи с появлением нового поколения Y и Z. Они только начинают становиться клиентами финансовых организаций, и уже очевидно, что поведение этого поколения неоднозначно, – сказал Максим Гецьман, заместитель генерального директора по основной деятельности АО ВТБ Регистратор. – Сервис должен быть омниканальным, аналогично модели, применяемой в ритейле. А следующим шагом станет быстрая адаптация компании в соответствии с потребностями клиента. Концепция единой точки входа в данном случае расширяется, становясь универсальной, и это важно для нового поколения.

Кодексы новой культуры

Ориентир на клиента давно стал задачей номер один для крупных финансовых компаний. При этом такое направление должно реализовываться не только во внешней среде, но и внутри структуры как элемент риск-ориентированного подхода в управлении. Понятие «комплаенс» является важной частью бизнес-культуры. В этом уверены участники сессии «Комплаенс как часть корпоративной структуры».

Законопослушность и управление бизнесом на высоком уровне этики и добропорядочности должны стать выгодны всем участникам финансового рынка. В конечном счете такой подход способствует обеспечению чистоты и привлекательности национального финансового рынка, усилению защиты потребителей и сохранению общественного доверия к финансовым организациям.

– Комплаенс – это часть корпоративной культуры, без которой невозможна любая компания, и это люди, которые помогают определиться, чтобы сделать правильно, – сказал Михаил Поляков, председатель правления, член совета директоров АО «Нордеа Банк».

– Кодекс поведения – это не просто жесткая инструкция для сотрудников, здесь много «серого», все должны понимать, как себя вести, – сказал Сергей Озеров, председатель правления ООО «Русфинанс Банк». – Наш кодекс поведения – это девять принципов, например: уважение прав человека, охрана окружающей среды, предупреждение конфликтов интересов, забота о репутации банка и другие. Каждый из принципов коммуницируется с примерами, иллюстрирующими все, что нужно делать в рамках этих правил. Для мотивации людей мы сделали систему постановки и оценки задач, цели по соблюдению кодекса. Кстати, 15% наших проектов касаются кодекса поведения.

– Хороший комплаенс – это конкурентное преимущество, на котором можно надстраивать очень многое, – отметил Юрий Денисов, председатель правления, ПАО Московская биржа.

Он представил основные тренды развития комплаенса в России: глобализация, цифровизация, проникновение. В рамках глобализации появились единые законы регулирования общих подходов, санкционное регулирование, предполагающее, что крупные компании должны учитывать все новые требования крупных экономик мира, а также рост количества инвесторов, которые диктуют свои правила. По словам Денисова, с появлением искусственного интеллекта комплаенс обрел новые функции – теперь может работать с большими данными, что упрощает повторяющиеся операции. Это очень дорогой тренд, хотя именно он привел комплаенс-функцию в финансовую сферу и ИТ. Проникновение – это выход на новые рынки, а также формирование нового понимания, как бороться с рисками.

Прошедший Международный финансовый конгресс-2019 традиционно представил несколько тематических пластов. Двигаясь от глобального к локальному, конгресс показал не только важность обсуждения и решения общемировых проблем финансовой сферы, но и то, какие локальные решения могут повлиять на систему в целом.

СПРАВКА

В рамках Международного финансового конгресса состоялись 2 пленарных заседания, 43 деловые сессии и бизнес-завтрак, совместно организованный Банком России и компанией The Bell.

В мероприятиях Конгресса приняли участие представители Банка России и зарубежных регуляторов, международных финансовых организаций, крупнейших банков и профессиональных объединений участников финансового рынка, а также признанные международные и российские эксперты – всего более 1200 участников и представителей СМИ из России и 37 стран, среди них: Австрия, Азербайджан, Аргентина, Армения, Бангладеш, Бельгия, Бермуды, Бразилия, Великобритания, Венгрия, Виргинские Острова, Германия, Греция, Дания, Египет, Испания, Италия, Казахстан, Кипр, Китай, Молдова, Нидерланды, Остров Джерси, Португалия, Республика Беларусь, Сербия, США, Таиланд, Турция, Узбекистан, Уругвай, Финляндия, Франция, Хорватия, Чехия, Швейцария, Япония. Крупнейшие делегации прибыли из США, Великобритании, Германии и Франции. Впервые в Конгрессе приняли участие представители Азербайджана, Бангладеш, Бермудов, Дании, Таиланда, Уругвая.

Партнеры и спонсоры Международного финансового конгресса – 11 организаций. Генеральные спонсоры – ПАО «Банк ВТБ» и АО «Российский сельскохозяйственный банк». Генеральные партнеры – ПАО Сбербанк и Банк ДОМ.РФ.

Ирина Кривошапка