Гайдаровский форум: жесткая повестка дня

808

 

 

 

Гайдаровский форум: жесткая повестка дня

В Российской академии народного хозяйства и госслужбы искали новый вектор взаимоотношений России и мира

С 14 по 16 января 2015 года в Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации состоялся шестой Гайдаровский форум – «Россия и мир: новый вектор». Его участники обсудили перспективы российской экономики в принципиально новых условиях, связанных с падением цен на нефть, международными санкциями и нарастанием внутренних структурных проблем. За три рабочих дня форума было проведено более 65 мероприятий, в которых приняли участие около семи тысяч российских и зарубежных экспертов в области экономики, политики и социальной сферы.

Очередной Гайдаровский форум оказался не менее представительным, чем предыдущие. На многочисленных панельных дискуссиях и круглых столах вновь собрались руководители федеральных и региональных органов власти, крупнейших компаний, российские и иностранные эксперты. И если год назад в центре внимания находилась проблема замедления темпов экономического роста и поиска путей «перезапуска» экономики, то в этот раз повестка мероприятия по понятным причинам оказалась куда более жесткой.

Главным событием первого дня форума стало выступление председателя правительства Российской Федерации Д. А. Медведева.

Премьер начал с заверений в том, что Россия даже в нынешних тяжелых условиях не намерена закрываться от мира и возрождать мобилизационную модель экономики. Не собирается правительство отказываться и от свободной конвертации рубля, тем более что это может привести к «проеданию» валютных резервов. По словам Медведева, в распоряжении правительства достаточно экономических механизмов для обеспечения устойчивости рубля. Он также заявил о безусловном соблюдении Россией международных обязательств государства и компаний. Последним в случае необходимости правительство окажет финансовую помощь как раз за счет накопленных резервов.

Премьер заявил, что до конца первого полугодия будут доработаны планы по импортозамещению в ряде отраслей промышленности. Некоторые меры уже действуют в оборонно-промышленном комплексе, фармацевтике, станкостроении, производстве нефтегазового оборудования. Особые надежды связаны с импортозамещением в сельском хозяйстве. Медведев напомнил, что новая редакция госпрограммы развития сельского хозяйства предусматривает оказание дополнительной поддержки производителям мяса, молока, овощей и фруктов.

Что касается поддержки промышленности, то и здесь, по мнению премьер-министра, предусмотрены все инструменты. Это, в частности, специальные инвестиционные контракты, механизмы субсидирования индустриальных парков и технопарков, а также Фонд развития промышленности, предназначенный для финансирования промышленных предприятий на предбанковской стадии. «Мы также будем наращивать поддержку несырьевого экспорта. Нам есть что предложить и в сфере информационных технологий, и в ядерной энергетике, и в авиастроении, в ракетно-космической промышленности и целом ряде других отраслей», – подчеркнул Медведев.

Выступлению Медведева предшествовала пленарная сессия «Здоровое будущее экономики», на которой выступили ключевые представители финансово-экономического блока правительства.

Заместитель председателя правительства РФ О. Ю. Голодец назвала два приоритета социальной политики на период кризиса. Прежде всего, это поддержка покупательной способности граждан с низкими доходами и семей с детьми. По мнению вице-премьера, эта категория населения является источником наиболее эффективного для национальной экономики спроса – на отечественные товары и услуги внутреннего туризма. Вторая задача заключается в целенаправленном изменении структуры занятости населения. «Меньше чем за год нужно создать институты, способствующие перетоку работников из отраслей, которые неминуемо будут сокращаться. Нужно, чтобы эти процессы шли безболезненно и люди получили новый старт», – убеждена Голодец.

Председатель правления Сбербанка России Г. О. Греф озвучил главные предпосылки сложившейся экономической ситуации: структурное замедление экономики (которое наметилось еще два года назад), обострение международной обстановки и резкое падение цен на нефть. Причем именно ухудшение нефтяной конъюнктуры сегодня становится доминирующим негативным фактором.

«Мы впервые видим, что производители нефти, несколько стран ОПЭК, занимаются не удержанием цен на нефть, а их опусканием. Непонятно, до какого уровня они могут дойти», – отметил глава Сбербанка. В то же время он выразил сомнение, что цена на нефть может держаться на уровне 40–45 долларов более года: такой уровень является весьма болезненным для целого ряда стран не только из-за проблем с бюджетом, но и из-за себестоимости добычи нефти. В России стоимость добычи составляет 45 долларов, в США – около 50, в Саудовской Аравии – около 25, в других странах ОПЭК – немногим более 40 долларов. Американские сланцевые проекты становятся нерентабельными при цене чуть менее 80 долларов за баррель.

Греф оценил потери федерального бюджета от падения цен на нефть, девальвации и рецессии в 2015 году в 3,4 триллиона рублей. Если не пересматривать расходы, придется задействовать Резервный фонд и Фонд национального благосостояния, причем в таком случае их хватит не более чем на 1,5–2 года.

По этому поводу состоялась дискуссия между министром экономического развития А. В. Улюкаевым и министром финансов А. Г. Силуановым. Так, Улюкаев заявил, что бюджет сегодня защищен гораздо лучше, чем в кризис 2008 года. «При снижении цены на нефть, а следовательно, при снижении соответствующих доходов бюджета меняется ситуация с платежным балансом, меняется ситуация на внутреннем валютном рынке, и режим плавающего курса позволяет выравнивать эти соотношения. С точки зрения бюджета неважно, сколько стоит нефть в долларах, а важно – сколько в рублях», – отметил министр. По его мнению, в этих условиях правительство может себе позволить проведение относительно мягкой фискальной политики – иными словами, отказаться от сокращения расходных обязательств. «Легче всего сократить производительные расходы бюджета – то, что связано с экономикой, и гораздо труднее – социальные и оборонные обязательства. Если начнем сокращать, получим структуру бюджета, в которой производительные расходы (которые и так невелики) фактически обнулятся. Это очень опасно с точки зрения будущей налогооблагаемой базы», – заявил Улюкаев.

Министр финансов России высказал противоположную точку зрения. По его оценке, при средней цене на нефть в 50 долларов потери федерального бюджета составят около 3 триллионов рублей. У правительства возникнут и сложности с поиском источников финансирования дефицита бюджета. «Мы не можем тратить столько же, сколько планировали ранее, при прогнозном росте экономики более 1% и цене на нефть 100 долларов. Такая политика приведет к раскручиванию инфляционной спирали», – подчеркнул Силуанов. Даже принятое правительством решение о сокращении бюджетных расходов на 10% позволит сэкономить лишь 1 триллион рублей, чего явно недостаточно. Глава Минфина напомнил, что в текущем варианте закон о федеральном бюджете предусматривает рост расходов на 11,7%. Таким образом, можно не «резать» расходы как таковые, а снизить этот прирост хотя бы до уровня 5%.

Разговор о балансе денежной и фискальной политики продолжился на круглом столе «Финансовая политика в новых условиях: нормализация или дестабилизация».

Председатель Комитета Государственной думы по бюджету и налогам А. М. Макаров подверг критике действия правительства, направленные на борьбу с кризисом. «Когда тяжелые решения принимает Центробанк, понятно, какие цели он преследует. При этом ясно, что только средств кредитно-денежной политики недостаточно. Возникает вопрос: чего хочет правительство? Мы все время слышим, что санкции дают нам возможность перестроить экономику. Но что мешало заняться этим раньше? Ведь всем давно понятно, что наша экономическая модель себя исчерпала», – заявил депутат. По его мнению, правительство неправильно работает над сокращением неэффективных расходов. «Все госпрограммы в прошлом году были утверждены за 45 минут – вот качество их обсуждения и качество самих программ!» – добавил Макаров.

Председатель Счетной палаты РФ Т. А. Голикова заявила, что в первом квартале 2015 года целесообразнее всего было бы не предпринимать никаких решительных шагов по корректировке бюджета. Для этого у правительства есть определенный ресурс. Так, оперативные данные об исполнении бюджета 2014 года показывают наличие дополнительных доходов в размере 228 млрд руб. и недовыполненных расходов в объеме около 156 млрд руб. Следует учитывать и традиционную нерасторопность главных распорядителей бюджетных средств: как правило, они начинают конкурсные процедуры, необходимые для освоения финансирования, только к концу первого квартала. По мнению Голиковой, правительству необходимо воспользоваться этой передышкой, чтобы получить более объективные данные об итогах социально-экономического развития в 2014 году и определиться со своими приоритетами на 2015 и последующие годы.

Председатель Счетной палаты назвала «методологической ошибкой» решение о десятипроцентном секвестре бюджета. «Всем участникам бюджетного процесса предложено перераспределить оставшиеся 90% так, как они это видят. Но любое перераспределение даже при равномерном сокращении расходов должно быть соотнесено с программой правительства, с теми приоритетами, которые оно ставит для выхода из сложившейся ситуации», – пояснила Голикова.

Заместитель министра финансов России А. В. Моисеев, напротив, убежден, что одинаковое для всех сокращение бюджета – эффективная мера. «Главные распорядители лучше знают, где у них лежат лишние деньги. Им это виднее, чем нам. Если мы начнем ввязываться в дискуссии о приоритетах, о том, кто именно и что именно должен сократить, мы в итоге придем к увеличению бюджетных расходов. Такой опыт у нас уже есть», – отметил замминистра.

Что касается мер по стимулированию экономического роста, то, по словам Моисеева, рыночная экономика не предполагает распределения государственных ресурсов для помощи всему и всем. Речь может идти лишь о точечной поддержке отдельных очагов экономики, в которых рынок не работает. «Раз у нас больше нет внешнего ресурса в виде высоких цен на нефть, встает вопрос выбора оптимальной комбинации денежно-кредитной и бюджетной политики. На мой взгляд, следует стремиться к низкой инфляции и насыщению экономики достаточным количеством ресурсов, которые могли бы перераспределяться через институт финансовых рынков. Это достигается комбинацией жесткой бюджетной и мягкой денежно-кредитной политики», – полагает Моисеев. Он отметил, что Россия, в отличие от других нефтяных экспортеров, производит массу разнообразной продукции: при правильном соотношении издержек, валютного курса и банковских ставок она вполне может стать конкурентоспособной.

Первый заместитель председателя Центробанка РФ К. В. Юдаева пообещала, что денежно-кредитная политика будет смягчена, однако только после снижения инфляционных ожиданий. По итогам 2014 года инфляция достигла 11,4%, в то время как Центробанк намерен стабилизировать ее на уровне 8–10% в 2015 году, а к 2017 году дойти до ранее продекларированного уровня в 4%.

 

Марк ЦУЦИЕВ