Инвестиции в безопасность помогают управлять рисками

По мнению экспертов, безопасность нельзя отнести ни к материальным, ни к нематериальным активам. Предчувствие безопасности – это, скорее, интуитивное ощущение

Сформировать надежную систему комплексной безопасности населения и территорий от угроз чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера призвано создание триады «государство – бизнес – население» на основе частно-государственного партнерства. Однако являются ли инвестиции в безопасность жизнедеятельности средством обеспечения устойчивого развития регионов? Повысится ли инвестиционная привлекательность регионов за счет вложений в безопасность? Как может развиваться частно-государственное партнерство в сфере обеспечения безопасности жизнедеятельности? На эти вопросы попытались ответить участники панельной дискуссии «Частные инвестиции в безопасность: рыночные перспективы отрасли», прошедшей в рамках Международного инвестиционного форума «Сочи-2014» в сентябре этого года.

– Безопасности много не бывает, – начал дискуссию первый заместитель главы МЧС России Сергей Шляков. – Личность, общество и государство – взаимосвязанные элементы, без которых невозможно создание и функционирование общества, целенаправленное развитие личности и в конечном счете – существование государства как института. Вместе с тем развитие достигается только сбалансированными интересами личности, общества и государства. Поэтому в разных условиях возможно все: мы понимаем, что финансовых средств не хватает, создаются предпосылки для частных инвестиций в безопасность. При этом мы не говорим только о финансовых средствах, речь идет и об интеллектуальных, физических и духовных инвестициях. Итогом является создание общественных организаций, способных реализовать задачи безопасности.

– Государство играет роль главного нормотворца, без которого немыслимы ни само обеспечение безопасности, ни условия для инвестирования, ни наличие частных инвесторов, – добавил главный научный сотрудник ФГБУ «Всероссийский научно-исследовательский институт по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций МЧС России» Борис Порфирьев. – Поэтому необходимо обсудить нормативно-правовой аспект этой проблемы.

– МЧС России давно признано лучшим с точки зрения мобилизационных и технических возможностей по решению сложнейших задач не только в масштабах страны, но и в глобальном смысле по оказанию содействия и реальной помощи в чрезвычайных ситуациях, – сказала председатель комитета Государственной думы Федерального собрания Российской Федерации по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая. – Если говорить о новых инвестициях, то сегодня на первое место выходят задачи прогнозирования, аналитики, обобщения и упреждения ЧС. А значит, и технологии, в том числе информационные. Тот, кто сегодня готов инвестировать в бизнес, должен серьезно вкладываться в безопасность. Думаю, это правило должно быть серьезно воспринято всеми. Иначе возникает парадокс и противоречие. Дело в том, что общество находится в постоянном движении, и человек в течение дня оказывается в разных общественных местах с разными субъектами хозяйственной деятельности. А кто отвечает за безопасность человека в момент нахождения его в общественных местах? Государство или те субъекты, которые получают прибыль от этой деятельности и оказывают услугу, значит, должны гарантировать безопасность? И можно ли это рассматривать как инвестиции в целом в отрасль? Можно и нужно. Должна быть выстроена институциональная правовая логика в пользу того, что в любом бизнесе ответственность обеспечивается вложением в безопасность. Недавно мы рассматривали инициативу, когда торговые сети попросили государство освободить их от налогов, дескать, граждане в торговых залах очень много съедают и похищают. Когда мы спросили, как вы обеспечиваете безопасность и сохранность имущества в своих залах, если у вас нет систем наблюдения, представители торговой сети затруднились ответить. Конечно же, мы не пропустили эту инициативу и прекратили ее обсуждение. Именно поэтому в рамках нашей межведомственной комиссии, которая была создана нами под руководством Дмитрия Рогозина, рассматривается комплексная программа «Безопасный город», в которой МЧС будет ключевым субъектом.

– Безопасность – известная категория, но ее нельзя отнести ни к материальным, ни к нематериальным активам, – продолжил концептуальное понимание инвестиций в безопасность генеральный директор Института экономических стратегий Отделения общественных наук РАН, действительный член Российской академии естественных наук Александр Агеев. – Предчувствие безопасности – это, скорее, интуитивное ощущение. Оно выражается в наших подсчетах рисков, и это рациональный подход. А исход вполне осязаем: на ликвидацию последствий таких рисков требуются серьезные средства, которые не могут быть связаны с объективностью в принципе, цена этому – человеческие жизни. Речь идет о важнейшем общественном благе, а не только о государственном интересе.

По новейшим стандартам и подходам успех инновационной деятельности зависит от способности управлять рисками: их надо предвидеть, оценить приоритеты, выделить ресурсы. В любом случае риски – это вопрос инвестиционный. А как мы понимаем эффект экономической деятельности – сводим ли мы ее к прибыли или все это рассматривается более широко? Куда, сколько и откуда? Здесь стоит обозначить несколько направлений, которые будут в дальнейшем определять нашу политику, в том числе и в сфере безопасности. Кроме стандартов ISO есть еще два руководящих международных документа: Европейская хартия муниципального самоуправления и интегрированная отчетность. Мы сейчас проводим рейтинг прозрачности отчетности ведущих компаний. Оказалось, что из 700 компаний, показывающих свою деятельность, до финала дошли 70 компаний. Все остальные существуют для своих собственников, владельцев, акционеров. Европейская хартия муниципального самоуправления вводит два критерия оценки регионального развития: рост качества жизни и снижение преступности всех видов. Чем отличается любой регион России от региона, скажем, Германии? Тем, что население, тоже являющееся инвестором, только частным, обладает способностью все правильно высчитывать и превращать итог в экономические результаты. Мне довелось быть в одной баварской деревне, которая является чемпионом страны по качеству жизни. На въезде в деревню стоит стела, на которой указаны десятки направлений деятельности деревни – это и фермы, и картинные галереи, и консерватория, иными словами, все, что стимулирует развитие социального капитала. И еще, что отличает эту деревню: когда рождается ребенок, возле его дома устанавливают фигурку аиста, на которой указаны данные ребенка, и вся община знает, что родившийся ребенок является достоянием общества.

Второе важное изменение, которое в перспективе будет определять нашу политику, – это интегрированная отчетность, оценка деятельности корпораций не только через призму прибыли или экономических показателей, но и с точки зрения показателей экологического развития, социальной ответственности и качества менеджмента.

Что касается перспектив по частным инвестициям в отрасль, то они не просто велики, они колоссальны, но возможны, если мы чуть-чуть поменяем способ мышления. Как сказал один нобелевский лауреат: из всех дефицитов самый страшный – дефицит понимания.

– Затрону одну важную проблему в рамках государственно-частного партнерства, – сказал генеральный секретарь Международной организации гражданской обороны (Швейцария) Владимир Кувшинов. – В Евросоюзе до 40 процентов вопросов гражданской обороны и обеспечения безопасности, защиты населения находится в сфере деятельности частных компаний. Правила игры там сформированы. Компания имеет простые критерии: финансовую емкость, профессионально предлагаемые услуги и комплексно модернизированные услуги на перспективу. Конечно, ГЧП развито только в экономически сильных странах. В странах Африки, Латинской Америки эти примеры практически отсутствуют.

Стоит отметить, что Российская Федерация является одним из главных наших международных доноров и в соответствии с отдельными документами Россия имеет статус стратегического партнера. При помощи России наша организация осуществила ряд важнейших проектов по развитию системы гражданской обороны для стран, которые являются нашими членами: Никарагуа, Тунис, Иордания, Камерун. Мы продвигаем российские технологии и оборудование, пытаемся адаптировать это оборудование и в целом российский бизнес к реалиям других стран. Российский бизнес пока не очень активно вписывается в эту область, тогда как компании других стран более активно принимают участие. Турция, к примеру, поставляет мобильные госпитали, полностью оснащенные оборудованием, в Камерун и Конго. И это превращается в серьезный бизнес. На мой взгляд, российское правительство должно предпринять какие-то шаги, чтобы заинтересовать отечественный бизнес участвовать в подобных проектах. А пока нам удалось реализовать лишь один успешный проект при поддержке «ЛУКОЙЛа» в Кот-д’Ивуаре, когда мы поставили туда медицинское оборудование.

– Большую роль в перспективе безопасности могут сыграть производители сложных систем обеспечения безопасности, – отметил генеральный директор Honeywell (Россия) Леонид Соркин. – Особенно если речь идет об ужесточении пожарной и физической безопасности. Производители готовы поддержать профессиональное сообщество в пересмотре нормативов и усилении ответственности. Безопасность – это сфера высоких технологий. Развитие средств и систем безопасности – это развитие хай-тэка. Кроме того, известно, что в России в сфере безопасности занято много людей. А новые технологии позволяют сократить численность работающих, в результате высвободится какое-то количество людей для других видов деятельности.

– Безопасность имеет свою окраску, – сказал Сергей Шляков. – Не так давно на телевидении прошел сюжет о том, что один из российских заводов произвел новый вид ядерного топлива. Возможно, это ни на кого не произвело бы никакого впечатления. Но весь мир отметил в новостных лентах, что Россия первая вышла на новые виды топлива для ядерных реакторов. Иными словами, безопасность должна быть настолько серьезной, насколько это соответствует логике мышления и образованности. Мы учим наших детей, что, зайдя в помещение, они должны потратить несколько секунд на то, чтобы оглядеть помещение, определить, где вход и выход, какие препятствия есть, – все это займет ровно пять секунд, и это решит вопрос комплексной безопасности. Таким образом, безопасность находится на стыке философии и техники.

– Безопасность не должна обременять бизнес, а через бизнес – экономику, – отметила общественный представитель уполномоченного при президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей Марина Блудян. – Потому что предприниматель, потративший средства на безопасность, закладывает это в цену своей продукции и, в конечном счете, это становится затратным для нашего кошелька. Все должно быть уравновешено. И требования, предъявляемые к безопасности, должны быть рискоориентированы. Предприниматель считает прибыль и, если он не видит целесообразности и логического объяснения, почему он должен тратить на это деньги? На мой взгляд, ГЧП, к сожалению, законодательно не определено. И очень часто чиновники ставят барьеры в реализации проектов в рамках ГЧП, потому что боятся в этом участвовать. Мы говорим о перспективах, а государство не очень готово это принять.

Мнения участников дискуссии разделились в деталях, однако безопасность – тема многогранная, но не спорная. Безусловно, бороться с бедствиями надо не тогда, когда они состоялись, а на этапе разработки планов, проектирования объекта, программирования его деятельности. И это должно стать новой идеологией социально-экономического развития государства.

 

Ирина КРИВОШАПКА